Нанзатов Б.З. Статья. Известия ИГУ 2016, т. 16¶
Полный текст первоисточника. Страницы разделены горизонтальной линией.
ЭТНОГРАФИЯ, ЭТНОЛОГИЯ И АНТРОПОЛОГИЯ
Серия «Геоархеология. Этнология. Антропология» ИЗВЕСТИЯ
2016. Т. 16. С. 103–124 Иркутского
Онлайн-доступ к журналу: государственного
http://isu.ru/izvestia университета
УДК 39(571.54)+346.231 Верхоленские буряты в XIX веке: этнический состав и расселение Б. З. Нанзатов Институт монголоведения, буддологии и тибетологии СО РАН
Аннотация. Статья является продолжением цикла исследовательских работ, посвя- щенных этническому составу бурятского населения на примере национальных админи- стративных образований Российской империи XIX в. – степных дум. Исследуется эт- нический состав и расселение бурят в Верхоленской степной думе. Территория рассе- ления верхоленских бурят является местом происхождения одного из крупнейших бу- рятских племенных союзов – эхиритов. На основе архивных материалов, опубликован- ных источников и полевых записей реконструированы этнический состав и территории расселения верхоленских бурят в XIX в. Составлены карты Верхоленской степной ду- мы с указанием населенных пунктов и административных границ. Ключевые слова: буряты, эхириты, степная дума, этнический состав, картирование.
Введение
Верхоленские буряты представляют собой одну из ключевых этнотерри-
ториальных групп бурят в силу нескольких факторов. Местом формирования эхиритского племенного союза, расселенного вокруг оз. Байкал в Приольхонье, на Ольхоне, в долине Баргузина, низовьях Селенги и в других местах, является именно территория Верхоленья. Эхириты в XIX в. составляли несколько адми- нистративных образований, таких как Ольхонская, Баргузинская, Кударинская думы, Улдургинская управа Урульгинской думы, а также север Селенгинской думы. Местом притяжения для эхиритов являлась именно Верхоленская дума. Важнейший для эхиритов сакральный объект находится на горе Байтог (бур. Байтаг) в верхнекудинских степях. В XIX в. эхириты по мере возможностей посещали сакральную гору для подношения жертвоприношений [Нанзатов, Содномпилова, 2005, с. 47–54]. В начале XVII в. территория, на которой проживали верхоленские эхири- ты, была очень большой. Верхоленский братский острог был поставлен в непо- средственной близости от кочевий бурят. Севернее острога располагались зем- ли бурятских кыштымов – объясаченных бурятами эвенков. Последние при появлении русских отрядов стали их проводниками в бурятские земли. Даль- нейшая колонизация региона значительно сузила места расселения бурят, и в конце XIX в. на верхоленских землях располагались такие крестьянские волос- ти, как Верхоленская, Качугская, Бирюльская, Манзурская, Илгинская и Тутур- 104 Б. З. НАНЗАТОВ
ская. Тем не менее к концу XIX в. бóльшая часть степных пространств все еще находилась в бурятских владениях. Охотничьи угодья также были поделены между бурятами, эвенками и русскими, однако отсутствие данных не позволяет выделить их на карте. К концу XIX в. границы территории, которую занимали верхоленские бу- ряты в южной части, проходили по верховьям рек Куда (бур. Худайн-гол) и Мурин (бур. Мурэн), на севере – в долине р. Лены (бур. Зулхэ) и ее притоков Анги и Куленги. Основная масса населения проживала в центральной части территории – в долине р. Манзурки (бур. Баянзурхэн). Этнический состав насе- ления думы преимущественно был представлен эхиритскими племенами. По- мимо эхиритов часть населения являлась сэгэнутами и родственными им пле- менами дурлай, эмхэнут и др. Крупные эхиритские племена смогли составить административные роды, малочисленные племена в административных спи- сках не отражались. После образования Верхоленской степной думы 10 декабря 1824 г. по пер- вой сводке, составленной в январе 1825 г., ее население было представлено де- сятью административными родами. В табл. 1 отражен состав мужского населе- ния думы [ГАРБ. Ф. 4. Оп. 1. Д. 4. Л. 1–3, 16–17]. Таблица 1 Число инородцев, подлежащих к сбору денежных повинностей (1825 г.) Ревизских Поборных Число Оседлых Род душ душ душ бурят 1-й Абызаевский (1-й Ехэ Абазай) 1345 1078 1433 34 2-й Абызаевский (2-й Бага Абазай) 619 535 684 14 Баяндаевский (Баяндай) 378 315 397 10 Ользоновский (Олзон) 618 550 601 10 1-й Буровский (1-й Буура) 934 809 995 24 2-й Буровский (2-й Буура) 358 261 373 1 3-й Буровский (3-й Буура) 269 218 307 2 Хенхедурский (hэнгэлдэр) 1560 1331 1678 36 2-й Чернорудский (Шоно) 480 400 427 63 4-й Чернорудский (Шоно) 947 793 1036 26 Всего 7508 6290 7941 220 В 1830 г. население северной части думы подавало прошение об отделе- нии в самостоятельную Ленскую степную думу, однако она не была создана. В 1835 г. от думы была отделена Ленская инородная управа в составе Хенхедур- ского (hэнгэлдэр), 2-го, 4-го и 5-го Чернорудских (Шоно), 2-го, 3-го Буровских (Буура) родов. Структура Верхоленской степной думы регулярно менялась в связи с дроблением административных родов верхоленских бурят. Племена, изначаль- но не сумевшие по разным причинам составить отдельные административные роды, со временем получили такую возможность. Так, из Хенхедурского адми- нистративного рода выделились такие роды, как Содо-Хойбитский, 6-й Черно- рудский (Балтай Шоно), Кырминский (Хэрмэшин), Никилейский (Нэхэлэй). В состав Содо-Хойбитского рода входили племена Содой, hойбо, Сэгэнут, Дур- лай, из них только Содой являлось подразделением племени Хэнгэлдэр. Также было племя Балтай Шоно, образовавшее 6-й Чернорудский род и не входив- Известия Иркутского государственного университета. 2016 Т. 16. Серия «Геоархеология. Этнология. Антропология». С. 103–124 ВЕРХОЛЕНСКИЕ БУРЯТЫ В XIX ВЕКЕ 105
шее в состав хэнгэлдэров. Остальные племена являются подразделениями эхи- ритского племени Хэнгэлдэр. К 1890 г. на месте Верхоленской степной думы и Ленской управы было создано несколько ведомств – инородных управ, границы которых отражены на картах (рис. 1–3).
Рис. 1. Административные образования верхоленских бурят в XIX в.
Расселение
При составлении карты расселения верхоленских бурят в XIX в. нами ис-
пользованы материалы переписи 1897 г., обработанные С. К. Паткановым [Патканов, 1912]. Картографической основой является карта Верхоленского округа Иркутской губернии, опубликованная в рамках материалов по исследо- ванию землепользования и хозяйственного быта населения Иркутской и Ени- сейской губерний [Материалы по исследованию … , 1890]. Границы управ и административных родов показаны по состоянию на 1890 г. Названия бурят- ских улусов даны в современной бурятской орфографии, в соответствии с соб- ранным полевым материалом автора. 106 Б. З. НАНЗАТОВ
Рис. 2. Верхоленские буряты в XIX в. (север)
Известия Иркутского государственного университета. 2016 Т. 16. Серия «Геоархеология. Этнология. Антропология». С. 103–124 ВЕРХОЛЕНСКИЕ БУРЯТЫ В XIX ВЕКЕ 107
Рис. 3. Верхоленские буряты в XIX в. (юг) 108 Б. З. НАНЗАТОВ
Представленные ниже табл. 2–8 составлены на основе работы
С. К. Патканова [1912, с. 502–527]. Таблица 2 Ангинское ведомство (1897 г.) Кол-во Род № Населенный пункт Буряты Русские Тунгусы Прочие дворов 5-й 1 Бухонорский улус 22 101 2 – – Шоно 2 Загуланский улус 19 95 1 – 1 3 Турчинский улус 17 85 1 – – 4 Тумунтейский улус 25 106 2 – – 5 Кузнецовский улус 13 41 1 – – 6 Дурутуйский выселок 18 69 30 – 3 2-й 7 Бугаевский улус 14 60 – – 1 Буура 8 Ацыкатский улус 23 76 7 – – 9 Буретовский улус 10 45 1 – – 10 Больше-Улунский 51 191 6 – – улус 11 Мало-Улунский улус 22 82 2 – – 12 Имыхнутский улус 37 137 4 – – 13 Имыхнутский высе- 20 112 11 – 4 лок 3-й 14 Суханаевский улус 36 156 – – 1 Буура 15 Бойбетский улус 30 127 2 – – 16 Которгойский улус 29 120 1 – – 17 Ленский улус 22 91 2 – – 18 Ленский выселок 2 13 – – – 2-й 19 Хромовский улус 34 175 – – – Шоно 20 Сутаевский улус 46 178 1 – – 21 Сутаевский выселок 5 27 – – 1 22 Бассайская пристань 1 1 – – – 4-й 23 Бассайский улус 104 447 3 2 – Шоно 24 Чептыхойский улус 43 172 2 – 1 25 Алаятский улус 24 111 1 – 2 26 Хартуковский улус 18 76 – – – 27 Бахарский улус 21 86 4 – – 28 Хромовский выселок 1 2 7 – – 29 Андреево- Кузнецовская при- – – 4 – – стань Всего 708 2206 98 2 14
Северо-восток был представлен Ангинским ведомством в составе 2-го,
3-го Буровских (Буура) и 2-го, 4-го, 5-го Чернорудских (Шоно) администра- тивных родов. 2-й Чернорудский род составляли буряты племени Бага Шоно, 5-й Чернорудский род – Борсой Шоно, Тумэнтэй Шоно, Обхой Шоно, 4-й Чернорудский – Басай Шоно, Бурлай (Шубтэхэ) Шоно, Ехэ Шоно [Балдаев, 1970, с. 210–244]. Известия Иркутского государственного университета. 2016 Т. 16. Серия «Геоархеология. Этнология. Антропология». С. 103–124 ВЕРХОЛЕНСКИЕ БУРЯТЫ В XIX ВЕКЕ 109
Таблица 3
Баяндаевское ведомство (1897 г.)
Род Кол-во № Населенный пункт Буряты Русские Прочие дворов Баяндай 1 Баяндаевское село 33 113 81 10 2 1-й Мильзанский улус 36 200 – – 3 2-й Мильзанский улус 9 52 – – 4 Шехоргунский улус 18 89 – – 5 Задайский (Иозовский) улус 41 174 1 – 6 Хунхальский улус 52 193 – – 7 Горхонский улус 28 139 – – 8 Зангутский улус 35 176 – – Баахай 9 1-й Бахайский (Данчинский) улус 73 320 3 1 10 2-й Бахайский улус 55 259 11 1 11 Бохолдойский улус 81 356 2 – 12 Хармалгаевский улус 20 135 – – Всего 481 2206 98 12 Численность в административных родах: 2-й Буура (2-й Буровский) – 703 человека; 3-й Буура (3-й Буровский) – 507 человек; 2-й Шоно (2-й Черноруд- ский) – 380 человек; 4-й Шоно (4-й Чернорудский) – 894 человека; 5-й Шоно (5-й Чернорудский) – 493 человека (табл. 2). Баяндаевское ведомство было представлено близкородственными племе- нами Баяндай и Баахай. Также на территории племени Баахай в улусах Бо- холдой и Налюурта (в табл. 3 как один Бохолдойский улус) были расселены буряты племени Бага Абазай. Улус 1-й Бахайский (Данчинский) на карте от- ражен раздельно, как и в действительности. В улусах Дайнша и Харамалгай расселены представители одноименных малых племен. Численность в административных родах: Баяндаевский (Баяндай) – 1136 че- ловек; Бахаевский (Баахай, Бага/Бэсэгэн Абазай, Баахай Дайнша, Баахай Ха- рамалгай) – 1070 человек. В Верхне-Кудинском ведомстве (табл. 4) буряты были представлены тремя административными родами. Племя Олзон признается близким по про- исхождению племени Баяндай. В общеэхиритской родословной они считают- ся потомками братьев Сэхира и Сахира [Балдаев, 1970, с. 260–262]. В состав буровских административных родов входили племена Буура, Булюу (Булю Ураг), Минган (Мингараг), Абхай, hойбо, сохранявшие общую идентичность как Баруун Буураhууд [Нанзатов, Содномпилова, 2005]. Помимо бурят, в районе р. Куленги кочевали эвенки Шинькинского рода, причисленные к ведомству. Численность в административных родах: Ользоновский (Олзон) – 1654 человека; 1-й Буровский (1-й Буура) – 1949 человек; 4-й Буровский (4-й Буу- ра) – 861 человек; Шинькинский – 12 человек. На территории Куленгского ведомства сформирован один администра- тивный род – 3-й Чернорудский (Шоно) в количестве 793 человек (табл. 5). Однако этнический состав этого рода был довольно пестрым. Именно здесь сохранились осколки хоринских племен Галзууд, Шарайд и Хуасай. Основу населения составляли эхиритские племена Шоно и Олзон. 110 Б. З. НАНЗАТОВ
Таблица 4
Верхне-Кудинское ведомство (1897 г.)
Род Кол-во Тунгу- № Населенный пункт Буряты Русские Прочие дворов сы Олзон 1 Шерахирский улус 24 134 – – – 2 Бахтаевский улус 36 200 – – – 3 Ишимский улус 47 223 – – – 4 Бажаханский улус 31 157 8 – 1 5 Гаханский улус 35 125 1 – – 6 1-й Зурцаганский улус 37 200 – – – 7 2-й Зурцаганский улус 34 146 – – – 8 Загайский улус 30 152 – – – 9 Загатуйский улус 26 125 6 – – 10 Куленгский улус 39 171 7 – 1 1-й 11 Дарбайский улус 16 69 14 – 1 Буура 12 Хадароский улус 25 118 – – – 13 Ерхепшинский улус 20 96 – – – 14 Хабаровский улус 28 149 – – – 15 Нижне-Улангинский улус 17 65 – – – 16 Верхне-Улангинский улус 29 137 2 – – 17 1-й Хертойский улус 37 141 – – – 18 Хойбитский улус 43 183 10 – – 19 1-й Байтовский улус 68 317 – – – 20 2-й Байтовский улус 25 104 1 – – 21 3-й Байтовский улус 37 172 – – – 22 2-й Хертойский улус 35 148 – – – 23 1-й Хутургунский улус 28 130 4 – – 24 2-й Хутургунский улус 27 122 – – – 4-й 25 Адыкский улус и выселок 43 190 8 – – Буура) 26 Тургунский улус 61 252 9 – – 27 Харанурский улус 55 239 – – – 28 Хутский улус 38 180 – – – Шин 29 кочевье Качик 4 – – 12 – Всего 978 4465 70 12 3
Таблица 5
Куленгское ведомство (1897 г.)
Кол-во
№ Населенный пункт Буряты Русские Прочие дворов 1 село Житово 43 246 71 1 2 село Гоганское 31 195 13 – 3 Чарайдовский улус 48 211 1 – 4 Обхойский улус 23 89 3 – 5 Талайский улус 13 52 1 1 Всего 158 793 82 2
Известия Иркутского государственного университета. 2016 Т. 16. Серия «Геоархеология. Этнология. Антропология». С. 103–124 ВЕРХОЛЕНСКИЕ БУРЯТЫ В XIX ВЕКЕ 111
Население Ленского ведомства (табл. 6) еще в начале XIX в. было пред-
ставлено одним административным родом – Хенхедурским (hэнгэлдэр). Одна- ко в 1888 г. на закате существования Ленской управы Хенхедурский род был разделен на несколько административных родов. Основу населения составля- ли бурятские племена hэнгэлдэр с подразделениями Нэхэлэй, Содой, Хэрмэ- шин. Основная масса верхоленских hойбо была расселена именно в этих мес- тах. По сведениям Ленской инородной управы, хойбитскому старшине в 1863 г. подчинялись улусы Хальский, Харухайский и Цэгэновский [ГАИО. Ф. 152. Оп. 1. Д. 12. Л. 306]. Таблица 6 Ленское ведомство (1897 г.) Кол-во Род № Населенный пункт Буряты Русские Прочие дворов 1 1-й Цыгеновский улус 33 152 1 – 2 2-й Цыгеновский улус 20 68 – – 3 Цыгеновский выселок 10 39 – – 4 Харухайский улус 15 51 – – 5 Харухайский выселок 5 36 – – 6 Хальский улус 104 456 2 – 7 Васильевский выселок 7 24 5 2 Содо- 8 Бацайский выселок 6 19 – – Хойбитский 9 Езовский улус 19 78 – – 10 Ходойский улус 11 37 – – 11 Халганский улус 30 118 1 – 12 Хоханский улус 29 118 – – 13 Нугуйский выселок 8 37 – – 14 Булакский улус 8 43 – – 15 Загорский улус 32 107 – – 16 Ныкилейский (Хомутский, Куреганов- 78 364 9 10 ский и Хонхойский) улус 17 Цакурский 1-й улус 15 75 1 18 Цакурский 2-й улус 12 51 4 1 19 Балтайский (Аланский) 2 8 1 выселок 20 Балтайский (Аланский) 34 156 6 1 улус 21 Степно-Балтайский улус 26 132 5 – Нэхэлэй 22 Зуевский выселок 1 14 – – 23 Кудринский выселок 4 18 14 1 24 Харагунский (Кондой- 16 60 – – ский) улус 25 Верхне-Кондойский улус 18 62 – 1 26 Средне-Кондойский улус 29 139 – 1 27 Тыренгинский улус 12 64 – – 28 Иденугуйская водяная 1 1 – – мельница 112 Б. З. НАНЗАТОВ
Окончание табл. 6
Кол-во
Род № Населенный пункт Буряты Русские Прочие
дворов
29 Шулут-Обхойский улус 9 26 – –
30 Ноготайский улус 33 150 3 –
31 выселок Куяда 4 21 1 –
32 Маланский улус 12 59 – –
33 Шодоровский выселок 6 33 – –
34 Тухумский улус 22 103 – –
Хэрмэшин 35 Кырминский улус 61 266 1 – 36 Лапхайский улус 16 59 – – 37 Лапхайский выселок 5 31 – – 38 Холботский улус 24 104 – – 39 Холботский выселок 5 27 – – 40 Тотхойский улус 12 50 – – 41 Нохоевский улус 43 163 – – 42 Бурлаевский улус 52 214 1 – 6-й Шоно 43 Босогольский улус 26 118 – – 44 Кунтыргинский улус 11 61 3 – 45 Бужаевский улус 17 62 19 8 46 Харбатовское село 10 23 1 16 47 Харагунская водяная 1 – 1 – мельница Всего 954 4107 81 42
Никилейский административный род представлял основу хэнгэлдэрских
племен, составленную из бурят племени Нэхэлэй. Однако представители этого племени, откочевавшие в Баргузин, чаще известны как Барибанша hэнгэлдэр. В состав Содо-Хойбитского административного рода помимо племени Содой входили племена Сэгэнут, Дурлай, Тугут, Хайтал, Торгоут, Боронут, Зунги. Эти племена составляли сэгэнутскую общность, известную в XVII в. как Цыганов (Цынгогарский) улус. Сэгэнуты, по преданиям эхиритов и була- гатов, являются древнейшим населением Прибайкалья, и между всеми ними издавна утвердились родственные связи, что отражено в мифах о генеалогиче- ском родстве. Согласно сюжету, Илюдэр-Тургэн (Элюдэй) – предок сэгэнутов – является сыном Баргудая и старшим братом Бурядая (отца Эхирита и Булагата). Кырминский административный род составлен на основе племени Хэр- мэ(шин). Улусы Нагатай и Лабхай представлены одноименными племенами. Интересна связь эхиритского племени Нагатай с хори-бурятами. По преда- нию, одно из двух подразделений хори происходит от третьей жены Хори- доя – Нагатай. Этот генеалогический миф, скорее всего, отражает древнюю структуру хоринского союза племен и связь хори с эхиритами и булагатами. Племя Лабхай/Лавхай, возможно, имеет связь с дагурами и с многочисленным улусом Лавкая, известного по русским отпискам XVII в. 6-й Чернорудский род составлен из племени Бурлай Шоно [Балдаев, 1970, с. 205]. Переселившиеся в долину Баргузина представители этого пле- Известия Иркутского государственного университета. 2016 Т. 16. Серия «Геоархеология. Этнология. Антропология». С. 103–124 ВЕРХОЛЕНСКИЕ БУРЯТЫ В XIX ВЕКЕ 113
мени более известны как Оторшо Шоно и даже составляли отдельный адми- нистративный Оторчинский род в Баргузинской степной думе [Нанзатов, 2015а, с. 21]. Один из улусов представлен галзутским племенем Нохой уруг. Численность в административных родах Ленского (Ользоновского) ве- домства: Содо-Хойбитский – 1383 человека; Кырминский – 939 человек; Ны- килейский – 1144 человека; 6-й Чернорудский – 618 человек; не указавших рода – 23 человека. Ользоновское ведомство было образовано вокруг одноименного села, где жили крещеные буряты племени Олзон. Однако основным племенем ведомст- ва было племя Бага Абазай, составлявшее 2-й Абазаевский административный род (табл. 7). Хоготовское ведомство было представлено крупным эхиритским племе- нем Ехэ Абазай, составившим 1-й Абазаевский административный род (табл. 8). Таблица 7 Ользоновское ведомство (1897 г.) Кол-во Род № Населенный пункт Буряты Русские Прочие дворов Олзон 1 Ользоновское село 38 171 103 7 2 Шаракшанский (1-й Онгойский) 18 75 75 – улус 3 1-й Ангойский (Катальчинский) 31 140 – – улус 4 2-й Ангойский (Нуганский) улус 28 149 – – 5 3-й Ангойский (Хуреятовский) улус 34 155 – – 6 Нухунурский (Задайский) улус 42 204 – – 2-й 7 Ного-Алыкский (Хахайский) улус 59 255 – – Абазай 8 1-й Молойский (Тыхейский) улус 40 166 – – 9 2-й Молойский (Бадагуйский) улус 33 146 – – 10 Тыпхысарский улус 37 162 – – 11 1-й Маралтуйский (Уларовский) 24 123 – – улус 12 2-й Маралтуйский (Уларовский) 30 136 1 – улус 13 Идыгеевский улус 38 162 1 – 14 Голонтумурский (Гаханский) улус 38 174 – – 15 Маркеловский выселок 11 58 2 – Всего 501 2276 107 7
Таблица 8
Хоготовское ведомство (1897 г.)
Кол-во Тун- Про-
№ Населенный пункт Буряты Русские дворов гусы чие 1 Хойто-Хандагайский выселок 10 43 – – – (2-го Хоройского улуса) 2 Урда-Хандагайский выселок 30 178 1 – – (1-го Хоройского улуса) 114 Б. З. НАНЗАТОВ
Окончание табл. 8
Кол-во Тун- Про-
№ Населенный пункт Буряты Русские дворов гусы чие 3 Урда-Хандагайский выселок 7 27 – – – (5-го Хоройского улуса) 4 Булукский выселок 17 76 – – – (5-го Хоройского улуса) 5 Хогшонский выселок 8 31 – – – (5-го Хоройского улуса) 6 Харагунский выселок 60 309 19 – 1 (3-го Хоройского улуса) 7 Зылыринский (Балтагуйский) улус 26 119 – – 1 8 2-й Хоройский (Уланский) улус 41 176 4 – – 9 1-й Токский улус 48 219 – – 1 10 1-й Кальский улус 26 130 – – – 11 2-й Кальский улус 18 69 – – – 12 Красноярский выселок 4 23 – – – (Молойского улуса) 13 Хоготовский выселок 13 48 1 – – (2-го Токского улуса) 14 Хоготовский выселок (Молойского 7 39 – – – улуса) 15 2-й Хоготовский выселок (Листве- 9 30 – – – ничный улус, Молойский улус) 16 Шонтойский улус 26 109 1 – – 17 Хоготовский улус 36 178 1 – 1 18 Шотхулунский выселок 8 46 1 – – (Молойского улуса) 19 Хотогорский выселок 18 70 1 – – (Шотхулунского улуса) 20 Шотхулунский улус 8 43 4 – – 21 Унгуринский (Балтигуйский) улус 25 114 5 3 – 22 Бортойский улус 46 175 1 – 2 23 Хайзаранский выселок 4 33 2 – – (Шонтойского улуса) 24 Хайзаранский выселок 14 59 5 – – (2-го Кальского улуса) 25 Тологойский выселок 7 24 – – – (Шотхулунского улуса) 26 Унгуринский выселок 3 18 1 – – (Молойского улуса) 27 Унгуринский выселок 9 52 6 – – (2-го Токского улуса) 28 Унгуринский выселок 8 45 1 – – (Хоготовского улуса) 29 село Хогот 46 164 120 – 6 30 Ленский улус 1 – – 2 – Всего 594 2682 174 5 12 Известия Иркутского государственного университета. 2016 Т. 16. Серия «Геоархеология. Этнология. Антропология». С. 103–124 ВЕРХОЛЕНСКИЕ БУРЯТЫ В XIX ВЕКЕ 115
Этнический состав
Наиболее полные сведения по этническому составу верхоленских бурят
были собраны С. П. Балдаевым и Г. Н. Румянцевым. В состав этнотерритори- альной группы верхоленских бурят входили такие малые племена, как Шоно, Хэнгэлдэр, Абазай, Олзон, Баяндай, Худагсаган, Хадалай, Бура, Хамнагадай, Бахай, Хойбо, Нэхэлэй, Содо, Хэрмэ, Булуй, Балтагай, Басай, Харятай, Хурай, Эмхэнут, Алагуй, Хухурдой, Миндалхай, Хурхут, Харанут, Саган, Хоридой, Нагатай, Галзут, Нохойуруг, Хуацай, Шарайт, Сэгэнут, Тугут, Хайтал, Торго- ут, Боронут, Зунги, Булга Уруг, Булгадай, Минган, Алаг, Богол, Нетун, Согол, Оторши, Эрэн Дэглэй, Лавхай, Сазагай [Балдаев 1970; Румянцев, 1951]. Боль- шинство этих племен удалось сопоставить с конкретными административны- ми родами, что было сделано выше. Этноним «эхирит» (бур. эхирид/ихирид) непосредственно связан со сред- невековым этнонимом «икирес». Носители качугского говора бурятского язы- ка называют себя эхирши [Митрошкина, 2001, с. 142]. В определении семан- тики этого этнонима нет разночтений. Этноним возник от тюркского «ikire» – «близнецы, двойня» [Севортян, 1974, с. 252]. Термин «ikire» также глубоко укоренился в монгольском языке. В средневековой Монголии имел место эт- ноним «икирес/икирас» [Рашид-ад-Дин, 1952, с. 78], который, по-видимому, является праформой для бурятского этнонима «эхирид» ~ «эхирши». В данном случае налицо разница в окончаниях -с и -д, и то и другое означают множест- венное число в монгольских языках. В варианте «эхирши» предстает этноген- дерный аффикс - i, который вновь указывает на архаизм этнонима. Таким образом, в языке верхоленских бурят произошла смена окончания -с в этнониме «икирес» на -д, т. е. икирес → ихирид. Кстати, помимо большого племени среди верхоленских бурят есть малое племя Эхирид [ГАРБ. Ф. 362. Оп. 1. Д. 2. Л. 10], являющееся, по-видимому, осколком средневекового пле- мени Икирес. Имя одного из важнейших первопредков эхиритов Зонхи не имеет этно- нимических корней, хотя упоминается во всех родословных эхиритов. Он яв- ляется лишь обязательным промежуточным звеном в родословных эхиритов, так же как и Тугалак у булагатов. В старописьменном монгольском языке слово «jongki» имеет значение «множество, большинство», отсюда же слово «jongkilaqu» – «обладать боль- шей частью» [Цэвэл, 1966, с. 274]. В бурятском языке слово «зонхилхо» имеет значение «распоряжаться, управлять, править», от него происходит прилага- тельное «зонхилхы» – «правящий». Слово «зонхи» в таком случае может иметь значение не только «множество», но и «правящие». Этноним «шоно», как полагает Д. Д. Нимаев, имеет отношение к сянь- бийским чину [Нимаев, 2000, с. 151], на связь которых с многочисленными современными монгольскими чиносцами указывает Г. Сухбаатар. Как отме- чал исследователь, определение сяньбийского этнонима 叱奴 «чину», по сути представляющего фонетическую транслитерацию китайскими иероглифами, указывает на передачу этого этнонима через китайский иероглиф 狼 лан, зна- чение которого – «волк» [Сухбаатар, 1971, с. 50]. Носители этнонима 116 Б. З. НАНЗАТОВ
« inu-a» → «чоно» ~ «шоно//чинус», «чонод» широко представлены в мон- гольском мире. Среди тюрков этнонимы со значением «волк» – «büri», «kurt» также широко распространены. В данном случае распространение этнонима среди бурят относится к сяньбийской традиции и имеет сяньбийские корни. К тому же Шоно – это са- мое многочисленное и крупное племя бурят. Скорее всего, шоносцы стали катализатором монголоязычия эхиритов в целом. Этноним «хэнгэлдэр» (бур. «hэнгэлдэр») расчленяется на две части – hэнгэл – корень и -дэр – окончание множественного числа тюркских языков. Как известно, праформой бурятского -h является монгольский -s. Как отмеча- ют лингвисты, переход s → h произошел только у монголов Прибайкалья – предков современных бурят, у других монгольских народов этого не наблю- дается [Рассадин, 1982, с. 156]. Следовательно, такой вариант произношения, как «hэнгэлдэр», мог существовать только среди бурят. Праформой hэнгэл, очевидно, является древнетюркское слово «siŋil», имеющее следующие зна- чения: 1) младшая сестра мужа; 2) младшие родственницы [Древнетюркский словарь … , 1969, с. 500]. Окончание -der, как уже упоминалось, – это тюркское окончание множественного числа, хотя возможна и другая трактовка [Нанза- тов, Сундуева, 2013]. Таким образом, перед нами представлена праформа «siŋilder», из которой развился поздний бурятский этноним «hэнгэлдэр». Развитие этнонима происходило следующим образом: «siŋilder» → «seŋelder» → «heŋelder» → «hэнгэлдэр». Его значение – «младшие родственни- цы». Языковая же принадлежность этнонима указывает на его тюркские корни. «Нэхэлэй» – этноним крупнейшего этнического подразделения племени Хэнгэлдэр, расселенного в среднем течении р. Манзурки. А. Г. Митрошкина предложила версии, в которых этноним «нэхэлэй» происходит от средневеко- вого монгольского «nekelei» – «овечья шкура», и от монгольского «нэхлий» – «незаконнорожденный» [Митрошкина, 2007, с. 165]. Интересную гипотезу предложил Е. В. Павлов. По его мнению, этноним может быть производным от этнонима «никогир/иокогир», носителями которого в Прибайкалье явля- лись якуты, попавшие под сильное влияние эвенков [Павлов, 2008, с. 122– 124]. По нашему мнению, дальнейшие исследования внутриплеменных под- разделений и генеалогических легенд могут поспособствовать определению первенства среди этих гипотез. Этноним «абзай» (бурятское произношение – «абазай») также обознача- ет «коренное» эхиритское малое племя. Его этимологию можно выяснить, ис- пользуя тюркские лингвистические материалы. Исходя из материалов древнетюркского и современного алтайского язы- ков, очевидной может показаться и другая трактовка этнонима. В древне- тюркском языке было слово «abišik//abižik», от санскритского «abhiseka», зна- чение которого – «помазание (на трон); посвящение, рукоположение в духов- ный сан» [Древнетюркский словарь … , 1969, с. 2]. В современном алтайском языке слово «абыс/абызы» переводится как «священник» [Когунбаева, 1991, с. 9]. Можно полагать, что этот термин тюркскими предками бурятских «аба- зай» когда-то употреблялся в этом же значении. Хотя можно также предпо- Известия Иркутского государственного университета. 2016 Т. 16. Серия «Геоархеология. Этнология. Антропология». С. 103–124 ВЕРХОЛЕНСКИЕ БУРЯТЫ В XIX ВЕКЕ 117
ложить связь бурятского этнонима с древними уйгурами, у которых буддизм был государственной религией. В этом случае термин означает «[буддийский] священник», так как он имеет санскритские корни и непосредственно связан с буддизмом. Напрашиваются параллели с этнонимом уйгурского племени, известным по танским хроникам как Абусы [Малявкин, 1989, с. 173–175]. В таком случае, бурятское племя Абазай является осколком древнеуйгурского племени, про- никшего на территорию Прибайкалья после разгрома Уйгурского каганата. Возникновение подобного этнонима у древних уйгуров вполне логично, так как на протяжении долгого периода государственной религией каганата было манихейство, буддисты должны были выделяться в обществе как этноконфес- сиональная группа, и, соответственно, за ними мог закрепиться социальный термин, который постепенно перерос в этноним [Нанзатов, 2015б]. «Худагсаган» – этноним одного из эхиритских племен. По-бурятски пе- редается как «hуудагсагаан» либо «худагсагаан». Согласно генеалогическому древу эхиритов, это одно из наиболее древних племен, первоначально соста- вивших демосоциальный организм, впоследствии названный «эхирит». Этноним имеет две смысловые части – собственно «саган» и его опреде- литель – «худаг//qudaγ», который имеет значение «берег» [Древнетюркский словарь … , 1969, с. 463], в данном случае, скорее всего, имеется в виду берег Байкала. Таким образом, определение этого этнонима – «береговые саганы», т. е. территориальная ветвь общности, именуемой «саган», характеризующая- ся расселением у берегов Байкала. Этноним «хэрмэшин//хэрмэ//кырма», очевидно, имеет отношение к сред- невековым керемучинам, известным по Сокровенному сказанию монголов. Термин созвучен бурятскому «хэрмэ» – «белка» [Черемисов, 1973, с. 649]. Однако наиболее предпочтительной, по нашему мнению, является следующая версия происхождения этнонима. Употребление термина в форме «кырма» в этнониме и в топониме, на наш взгляд, неслучайно. Термин имеет происхож- дение от тюркского «qïrma ï» («столяр») [Древнетюркский словарь … , 1969, с. 446], в котором ï – суффикс, обозначающий деятеля, а qïrma – «точеный». Употребление топонима в форме «кырма», очевидно, отражает его тюркизм, сохранившийся со средневековья. Социальность этнонима отражает его воз- никновение в эпоху «трех станов», т. е. в общности, представляющей собой группу населения, занимающуюся определенной ремесленной деятельностью. В дальнейшем эта общность консолидировалась с подобными соседними группами населения, образ жизни унифицировался, т. е. в конечном итоге предстает социальный организм, имеющий этнические черты. Также возмож- на связь и с монгольским термином «хэрмэ/хэрэм» – «город, крепость». В та- ком случае «хэрмэшин» – «житель города/крепости». Этноним «олзон//олзо//ользон», а также близкий ему этноним одного из унгинских булугатских племен – олзой, по-видимому, имеет корни, уходящие вглубь истории до эпохи курыкан. Монгольское слово «olja//олзон» перево- дится как «добыча, трофей» [Рассадин, 1982, с. 446], в современном бурят- ском языке существуют парные слова – «олзо хγбγγн» – «побочный сын» и 118 Б. З. НАНЗАТОВ
«олзо хγн» – «пленник» [Черемисов, 1973, с. 353]. По-видимому, олзон – это группа населения, некогда захваченная курыканскими воинами и поселенная для обеспечения каких-то хозяйственных нужд в их среде. Пленными могли оказаться люди различного происхождения, как тюрки, так и монголы, тунгу- сы, самодийцы, кеты. Этноним «баяндай», по-видимому, имеет связь с рядом древних этнони- мов – «баяут», «баяндур», «байырку» [Рашид-ад-Дин, 1952, с. 78]. Налицо смена окончания -ud/dur/irqu на -dai после основы baya(n). Таким образом, древний этноним «bayan-» в пределах верховьев р. Мурин трансформировался в «bayandai». Этноним «hойбо» принадлежит одной из общностей верхоленских бурят, по традиции относимых к эхиритам. К сожалению, в данном случае выявить этимологию этнонима не удалось, но при сопоставлении с другими этнонима- ми обнаруживается сходство с одним из них, известным во времена Сяньби. Исходя из того, что праформой бурятского звука -h является общемон- гольский -s, возможна связь между бурятским этнонимом «hойбо» и этнони- мом, известным по китайской транслитерации как «сюйбу». Эхиритский этноним «баахай», очевидно, имеет тунгусские корни. Гла- гол «бака-ми» переводится как «найти, отыскать, обнаружить» [Василевич, 1958, с. 48]. В этом случае этноним имеет значение «найденный, обнаружен- ный», что несколько сближает его с такими этнонимами, как «олзой», «олзон», «булут». Таким образом, «найденный, обнаруженный» может в себе скрыто содержать значение «захваченный». Следовательно, этноним «баахай» со значением «найденный» указывает на тунгусские корни его носителей. Ведь «олзой», «олзон», «булут» могли быть названными главенствующим тюрко- монгольским по языку населением, то в этом этнониме сохранились этниче- ские черты его первоначальных носителей. Историческая семантика этнонима «буура» восходит к древнетюркскому «buγra» – «верблюд-производитель, верблюд-самец» [Древнетюркский сло- варь … , 1969, с. 120]; термин в виде «b ra» распространен в современных тюркских и монгольских языках. Заманчиво было бы ограничиться тотеми- стическим происхождением этнонима, однако велика вероятность его зарож- дения в курыканскую эпоху. В таком случае «b ra» – это имя нарицательное по отношению к определенной группе населения, отличавшейся от остальных каким-то отношением к верблюдам. Скорее всего, это была группа населения, использующая верблюда в хозяйственных целях, в отличие от остальных, ис- пользующих коня. Наличие верблюдов в Западном Прибайкалье подтвержда- ется тем, что они представлены на древних писаницах эпохи курыкан на Верхней Лене [Окладников, Запорожская, 1959, с. 115, табл. ХХ]. Таким образом, этноним «буура» в начальный период своего существо- вания был именем нарицательным по отношению к группе населения, осо- бенностью которой было использование верблюдов в хозяйстве. Этноним «харамалгай» с монгольского (бурятского) языка переводится как «черная шапка» и типологически близок таким тюркским этнонимам, как «каракалпак» – «черные клобуки//карапапахи». Вполне вероятно, что бурят- Известия Иркутского государственного университета. 2016 Т. 16. Серия «Геоархеология. Этнология. Антропология». С. 103–124 ВЕРХОЛЕНСКИЕ БУРЯТЫ В XIX ВЕКЕ 119
ский «харамалгай» может быть обязан своим происхождением кипчакам. Хо- тя возможно и случайное совпадение. Этноним «дайнша» буквально переводится как «воитель», что, очевидно, связано с военным прошлым его носителей. Исходным для этнонима «хамнагадай» является «хамнаган» – эхирит- булагатское произношение монгольского термина «хамниган», означающего тунгусов, в современности эвенков [Цыдендамбаев, 1972, с. 185], т. е. являет- ся монгольским эндоэтнонимом тунгусов. Однако у бурят этим же термином называли дагуров и даже противопоставляли их оленным эвенкам, которых называли «ортон». Вполне возможны и параллели с дагурским населением. Этноним «нагатай» принадлежит одной из общностей верхоленских бу- рят. Формально этот этноним не входит в состав так называемых одиннадцати хоринских родов, но упоминается в генеалогической традиции как имя жены Хоридоя. Хоринцы прежде подразделялись на две группы родов – Шаралда- евская пятерка (Шаралдайн табан) и Нагатаевская восьмерка (Нагатайн най- ман). Из Нагатаевской восьмерки ныне известно только шесть родов: Харгана, Батанай, Бодонгут, Худай, Цаган и Хальбин [Цыдендамбаев, 1972, с. 179]. Значение этнонима восходит к монгольскому слову «naγa», которое в со- временных языках представлено вариантами «наад» (монг.) и «наада» (бур.) – «ближайший, находящийся на этой стороне» [Лувсандэндэв, 1957, с. 255; Че- ремисов, 1973, с. 315], и этногендерному аффиксу -tai. По-старомонгольски слово «наад~наада» пишется как «naγadu» [Цэвэл, 1966, с. 359], в котором -du – аффикс дательно-местного падежа, следовательно, корень – naγa. Оче- видно, что этноним возник в эпоху средневековья, когда в монгольских язы- ках еще не произошло стяжения гласных, а также ввиду того что он употреб- лялся как имя собственное без смысловой нагрузки. Термин сохранил древ- нюю (средневековую) форму и представлен как «naγatai». Таким образом, се- мантика этнонима «нагатай» – «ближний, находящийся по эту сторону». По нашему мнению, деление хори на шаралдаевцев и нагатаевцев указы- вает на прежнее деление на две соседствующие этнотерриториальные группы. В долине р. Анги, на крайнем северо-востоке, расселено небольшое бу- рятское племя Эмхэнут. В основе этнонима «эмхэнут» лежит термин «эмхи» – «организация» [Черемисов, 1973, с. 765]. Очевидно, в основе этнонима лежит соционим «группа людей», что именно за группа – позволят определить даль- нейшие исследования. Носители этнонима «эрэндэглэй», живущие среди верхоленских бурят, согласно М. Маласагаеву, не относят себя к эхиритам, родство их не выяснено [Румянцев, 1951, с. 93]. Семантика этого этнонима может быть раскрыта с помощью древнетюркских слов «erän» – «муж, мужчина, воин» и «teg» – «как, словно, будто, подобно». Таким образом, семантика этнонима «эрендэг- лэй» – «подобный воину» также отражает происхождение в эпоху курыкан, где весь социум был буквально пронизан военным духом. Скорее всего, в эт- нониме отражается происхождение его носителей из среды пришельцев, но не воинов. 120 Б. З. НАНЗАТОВ
Этноним «сэгээн//сэгээнэд//цэгэнут» по-русски упоминался как «цыга-
нов, цынгогарский». Иногда заменяется носителями на «өлөд», по-русски – «олёт» [Хангалов, 1958, с. 101], что свидетельствует о былой ойратской при- надлежности его носителей. Значение этнонима «сэгээнууд» можно прояснить с помощью бурятского «сэгээн» – «голубой, светло-голубой». Возможно, здесь скрыт цвет знамени, т. е. у носителей этого этнонима было знамя голубого цвета. По нашему мнению, этноним также можно связать с тюркским термином «сыгин», означающим правителя. Характерными в таком случае являются ле- генды бурят о некогда могущественных и многочисленных сэгэнутах, посто- янно нападавших и грабивших малочисленных в прошлом эхиритов и булага- тов [Балдаев, 1970, с. 313]. Так что в этноним могло перерасти имя нарица- тельное по отношению к аристократическому клану сыгин, которое под влия- нием фонетики бурятского языка обрело известную нам форму.
Заключение
Изучение состава и расселения бурят Верхоленской степной думы и Лен-
ской инородной управы представляется важным в контексте изучения их эт- нической истории. Территориально-административное устройство верхолен- ских бурят в определенной степени является уникальным в силу того, что эт- нические границы бурятских племен отражают принцип исходного расселе- ния эхиритов в Прибайкалье. Другие эхиритские земли, например Баргузин- ской степной думы, отражают уже иной этап истории, когда многие бурятские племена вынуждены были вследствие проникновения в регион русских посе- ленцев менять место жительства. Этнические границы верхоленских админи- стративных образований XIX в. отражены на авторских картах, представлен- ных в настоящей статье. Список литературы Балдаев С. П. Родословные предания и легенды бурят / С. П. Балдаев. – Улан- Удэ, 1970. – 364 с. Василевич Г. М. Эвенкийско-русский словарь / Г. М. Василевич. – М. : ГИИНС, 1958. – 802 с. Государственный архив Иркутской области (ГАИО). Ф. 152. Оп. 1. Д. 12. Государственный архив Республики Бурятия (ГАРБ). Ф. 4. Оп. 1. Д. 4. Л. 4, 16. Государственный архив Республики Бурятия (ГАРБ), личный фонд М. Маласа- гаева. Ф. 362. Оп. 1. Д. 2. Л. 10. Древнетюркский словарь / В. М. Наделяев, Д. М. Насилов, Э. Р. Тенишев, А. М. Щер- бак, Т. А. Боровкова, Л. В. Дмитриева, А. А. Зырин, И. В. Кормушин, Н. И. Летягина, Л. Ю. Тугушева. – Л. : Наука, 1969. – 676 с. Когунбаева Н. И. Алтайско-русский словарь. Русско-алтайский словарь / Н. И. Когун- баева. – Горно-Алтайск : Алт. кн. изд-во, 1991. – 182 с. Лувсандэндэв А. Монгольско-русский словарь / А. Лувсандэндэв. – М. : ГИИНС, 1957. – 716 с. Малявкин А. Г. Танские хроники о государствах Центральной Азии / А. Г. Ма- лявкин. – Новосибирск : Наука, 1989. – 432 с.
Известия Иркутского государственного университета. 2016 Т. 16. Серия «Геоархеология. Этнология. Антропология». С. 103–124 ВЕРХОЛЕНСКИЕ БУРЯТЫ В XIX ВЕКЕ 121
Материалы по исследованию землепользования и хозяйственного быта населе-
ния Иркутской и Енисейской губерний. Карта Иркутского округа Иркутской губер- нии. – М. : [Б. и.], 1890. Митрошкина А. Г. Бурятская онимическая лексика в русских исторических до- кументах / А. Г. Митрошкина // Актуальные проблемы востоковедения. – Улан-Удэ : Изд-во БНЦ СО РАН, 2001. – Ч. 2. – С. 141–143. Митрошкина А. Г. Личные имена бурят / А. Г. Митрошкина. – Иркутск : Изд-во ИГУ, 2007. – 365 с. Нанзатов Б. З. Баргузинский округ в XIX веке (вопросы этнической истории ре- гиона и этнический состав населения) / Б. З. Нанзатов // Вестн. Бурят. науч. центра СО РАН. – 2015а. – № 2 (18). – С. 11–30. Нанзатов Б. З. Раннесредневековые (древнеуйгурские) этнические связи При- байкалья с Центральной Азией (на примере этнонимов Буин и Абазай) / Б. З. Нанзатов // Вестн. Бурят. гос. ун-та. – 2015б. – № 10. – С. 169–172. Нанзатов Б. З. Байтог: «Баруун буураhууд». Исследование локальной группы бурят / Б. З. Нанзатов, М. М. Содномпилова // Народы и культуры Сибири. Взаимо- действие как фактор формирования и развития. – Иркутск, 2005. – Вып. 4. – С. 47–54. Нанзатов Б. З. Статус суффикса -дар в бурят-монгольских и тюркских этнони- мах / Б. З. Нанзатов, Е. В. Сундуева // Вестн. Бурят. гос. ун-та. – 2013. – № 10. – С. 73–78. Нимаев Д. Д. Буряты: этногенез и этническая история / Д. Д. Нимаев. – Улан- Удэ : Издат.-полигр. комплекс ВСГАКИ, 2000. – 190 с. Окладников А. П. Ленские писаницы. Наскальные рисунки у деревни Шишкино / А. П. Окладников, В. Д. Запорожская. – М. ; Л. : Изд-во АН СССР, 1959. – 144 с. Павлов Е. В. К этимологии западно-бурятского (эхиритского) родового этнонима нэхэлээ/нэхэлэй / Е. В. Павлов // Имя. Социум. Культура : материалы II Байкальской междунар. ономастической конф. – Улан-Удэ : Изд-во БГУ, 2008. – С. 122–124. Патканов С. К. Статистические данные, показывающие племенной состав насе- ления Сибири, язык и роды инородцев (на основании данных специальной разработки материала переписи 1897 г.) / С. К. Патканов. – СПб., 1912. – Т. 3: Иркутская губ., Забайкальская, Амурская, Якутская, Приморская обл. и о. Сахалин. – С. 434–999. – (Зап. Имп. Рус. Геогр. общ-ва по отделению статистики. Вып. 3). Рассадин В. И. Очерки по исторической фонетике бурятского языка / В. И. Рассадин. – М. : Наука, 1982. – 199 с. Рашид-ад-дин. Сборник летописей / Рашид-ад-дин. – М.; Л. : Изд-во АН СССР, 1952. – Т. 1, кн. 1. – 221 с. Румянцев Г. Н. Родо-племенной состав верхоленских бурят / Г. Н. Румянцев // Записки Бурят-Монгол. науч.-исслед. ин-та культуры. – Улан-Удэ, 1951. – Вып. 12. – С. 78–108. Севортян Э. В. Этимологический словарь тюркских языков / Э. В. Севортян. – М. : Наука, 1974. – Т. 1. – 767 с. Сухбаатар Г. Сяньби / Г. Сухбаатар. – Улаанбаатар, 1971. – 217 с. Хангалов М. Н. Собрание сочинений / М. Н. Хангалов. – Улан-Удэ : Бурят. кн. изд-во, 1958. – Т. 1. – 551 с. Цыдендамбаев Ц. Б. Бурятские исторические хроники и родословные / Ц. Б. Цыдендамбаев. – Улан-Удэ : Бурят. кн. изд-во, 1972. – 662 с. Цэвэл Я. Монгол хэлний товч тайлбар толь [Этимологический словарь монголь- ского языка] / Я. Цэвел. – Улаанбаатар, 1966. – 912 с. Черемисов К. М. Буряад-ород толи. Бурятско-русский словарь / К. М. Череми- сов. – М., 1973. – 804 с. 122 Б. З. НАНЗАТОВ
Upper Lena Buryats in the 19th Century (Ethnic Composition and Settlement) B. Z. Nanzatov Institute for Mongolian, Buddhist and Tibetan Studies of SB RAS
Abstract. The article continues a series of research works on the ethnic composition of the Buryat population using a case study of the Steppe Dumas, national jurisdictions of the Rus- sian Empire. Presents the study results of the ethnic composition and settlement of Buryats in the Upper Lena Steppe Duma and Lena Authority. The settlement territory of the Upper Lena Buryats is an “origin” land of the biggest tribal union of Buryats – Ekhirits. Ekhirit tribal alliance is the key part in the ethnogenesis of Buryats. Ethnic name “Buryat” firstly was assigned for two tribal alliances – Ekhirid and Bulgad, known as Ekhirit and Bulagat. Also Segenut tribe settled among Upper Lena Buryats. The ancestor of this tribe – Ööludei is the older brother of Buriadai, so this is the evidence of early substrate of Oirat-mongols in Baikal region. A detailed study of the Buryat settlement in the 19th century allows recon- structing the settlement boundary of the Buryat tribes, which are actual for early ethnic his- tory of the region. Analysis of ethnic composition allows reconstructing separate stages of the ethnic history on the examples of small tribes that will expand the analytical material for depth consideration of Buryat ethnogenesis and comparison of the ethnic history of the re- gion with archaeological sites. Based on the archival sources, published sources and field research materials there were reconstructed the ethnic composition and settlement areas of the Upper Lena Buryats in the 19th century. For the first time the author have compiled de- tailed maps of the Upper Lena Buryats with an indication of administrative borders and set- tlements. Keywords: Buryats, ethnic territorial group, Steppe duma, ethnic composition, mapping.
References
Baldaev S. P. Rodoslovnye predaniya i legendy buryat [Genealogies story and legends
of the Buryat]. Ulan-Ude, 1970, 364 p. (in Russ) Vasilevich G. M. Evenkiisko-russkii slovar [Evenki-Russian dictionary]. Moscow, State Publishing House of Foreign and National Dictionaries, 1958, 802 p. (in Russ.) Gosudarstvennyi arkhiv Irkutskoi oblasti (GAIO) [State archive of Irkutsk region]. Fund 152, List 1, File 12. (in Russ.) Gosudarstvennyi arkhiv Respubliki Buryatiya (GARB) [State archive of the Republic of Buryatia]. Fund 4, List 1, File 4, Pages 4, 16 (in Russ.) Gosudarstvennyi arkhiv Respubliki Buryatiya (GARB), lichnyi fond M. Malasagaeva [State archive of the Republic of Buryatia, personal fund of M. Malasagaev]. Fund 362, List 1, File 2, Page 10. (in Russ.) Nadelyaev V. M., Nasilov D. M., Tenishev E. R., Shcherbak A. M., Borovkova T. A., Dmitrieva L. V., Zyrin A. A., Kormushin I. V., Letyagina N. I., Tugusheva L. Yu. Drev- netyurkskii slovar [Ancient Turkic dictionary]. Leningrad, Nauka Publ., 1969, 676 p. (in Russ.) Kogunbaeva N. I. Altaisko-russkii slovar. Russko-altaiskii slovar [Altai-Russian dic- tionary. Russian-Altai dictionary]. Gorno-Altaisk, Altai Book Publ., 1991, 182 p. (in Russ.) Luvsandendev A. Mongolsko-russkii slovar [Mongolian-Russian dictionary]. Mos- cow, State Publishing House of Foreign and National Dictionaries, 1957, 716 p. (in Mon- gol., in Russ.)
Известия Иркутского государственного университета. 2016 Т. 16. Серия «Геоархеология. Этнология. Антропология». С. 103–124 ВЕРХОЛЕНСКИЕ БУРЯТЫ В XIX ВЕКЕ 123
Malyavkin A. G. Tanskie khroniki o gosudarstvakh Tsentralnoi Azii [Tang Chronicles
about the States of the Central Asia]. Novosibirsk, Nauka Publ., 1989, 432 p. (in Russ.) Materialy po issledovaniyu zemlepolzovaniya i khozyaistvennogo byta naseleniya Irkutskoi i Eniseiskoi gubernii. Karta Irkutskogo okruga Irkutskoi gubernii [Materials for the study of land use and economic life of the population of Irkutsk and Yenisei provinces. Map of Irkutsk district of the Irkutsk province]. Moscow, 1890. (in Russ.) Mitroshkina A. G. Buryatskaya onimicheskaya leksika v russkikh istoricheskikh do- kumentakh [Buryat onim lexicon in Russian historical documents]. Aktualnye problemy vostokovedeniya [Actual problems of Oriental studies]. Ulan-Ude, Buryat scientific center SB RAS Publ., 2001, P. II, pp. 141–143. (in Russ.) Mitroshkina A. G. Lichnye imena buryat [Personal names of Buryat]. Irkutsk, Irkutsk State University Publ., 2007, 365 p. (in Russ.) Nanzatov B. Z. Barguzinskii okrug v XIX veke (voprosy etnicheskoi istorii regiona i etnicheskii sostav naseleniya) [The Barguzin district in the XIXth century (problems of eth- nic history of the region and the ethnic composition of the population)]. Vestnik Buryat- skogo nauchnogo tsentra SO RAN [Bulletin of Buryat scientific center SB RAS], 2015a, Is. 2 (18), pp. 11–30. (in Russ.) Nanzatov B. Z. Rannesrednevekovye (drevneuigurskie) etnicheskie svyazi Pribaikalya s Tsentralnoi Aziei (na primere etnonimov Buin i Abazai) [Early medieval (Old Uigur lan- guage) ethnic association of the Cis-Baikal region from Central Asia (on the example of ethnonyms Buin and Abazai)]. Vestnik Buryatskogo gosudarstvennogo universiteta [Bulletin of the Buryat State University]. 2015b, Is. 10, pp. 169–172. (in Russ.) Nanzatov B. Z., Sodnompilova M. M. Baitog: "Baruun buurahuud". Issledovanie lo- kalnoi gruppy buryat [Baitog: "Baruun buurahuud". The study of the local group of Buryat]. Narody i kultury Sibiri. Vzaimodeistvie kak faktor formirovaniya i razvitiya [Peoples and cultures of Siberia. Interaction as a factor of formation and development]. Irkutsk, 2005, Is. 4, pp. 47–54. (in Russ.) Nanzatov B. Z. Status suffiksa -dar v buryat-mongolskikh i tyurkskikh etnonimakh [The status of the suffix -dar in the Buryat-Mongol and Turkic ethnonyms]. Vestnik Buryat- skogo gosudarstvennogo universiteta [Bulletin of the Buryat State University]. 2013, Is. 10, pp. 73–78. (in Russ.) Nimaev D. D. Buryaty: etnogenez i etnicheskaya istoriya [Buryats: ethnogenesis and ethnic history]. Ulan-Ude, East-Siberian State Academy of Culture and Art Publ., 2000, 190 p. (in Russ.) Okladnikov A. P., Zaporozhskaya V. D. Lenskie pisanitsy. Naskalnye risunki u derevni Shishkino [Lena carving. Petroglyphic drawing near the village of Shishkino]. Moscow, Leningrad, USSR Academy of Sciences Publ., 1959, 144 p. (in Russ.) Pavlov E. V. K etimologii zapadno-buryatskogo (ekhiritskogo) rodovogo etnonima nekhelee/nekhelei [The etymology of the West-Buryat tribal of ethnonym nek- helee/nekhelei]. Imya. Sotsium. Kultura : materialy II Baikalskoi mezhdunarodnoi onomas- ticheskoi konferentsii [Name. Society. Culture : materials of the II Baikal International onomastic conference]. Ulan-Ude, Buryat State University Publ., 2000, pp. 122–124. (in Russ.) Patkanov S. K. Statisticheskie dannye, pokazyvayushchie plemennoi sostav naseleniya Sibiri, yazyk i rody inorodtsev (na osnovanii dannykh spetsialnoi razrabotki materiala perepisi 1897 g.) [Statistical data showing the tribal composition of the population of Sibe- ria, language and kind of foreigners (on the basis of a special development of the material to the 1897 census)]. Saint Petersburg, 1912, Tom 3: Irkutskaya guberniya, Zabaikal'skaya, Amurskaya, Yakutskaya, Primorskaya oblasti i ostrov Sakhalin [Vol. 3: the Irkutsk region, Zabaykalsky, Amur, Sakha, Primorye region and Island of Sakhalin], pp. 434–999. (Zapiski 124 Б. З. НАНЗАТОВ
Imperatorskogo Russkogo Geograficheskogo Obshchestva po otdeleniyu statistiki; Vyp. 3 [Notes of the Imperial Russian Geographical Society in the Department of statistics; Vol. 3]). (in Russ.) Rassadin V. I. Ocherki po istoricheskoi fonetike buryatskogo yazyka [Essays on the historical phonetics of the Buryat language]. Moscow, Nauka Publ., 1982, 199 p. (in Russ) Rashid-ad-din. Sbornik letopisei [A collection of Chronicles]. Moscow, Leningrad, USSR Academy of Sciences Publ., 1952, Vol. 1, book 1, 221 p. (in Russ.) Rumyantsev G. N. Rodo-plemennoi sostav verkholenskikh buryat [Congeneric com- position of the Verkholensk Buryats]. Zapiski Buryat-Mongolskogo nauchno- issledovatelskogo instituta kultury [Note the Buryat-Mongolian Scientific Research Institute of Culture]. Ulan-Ude, 1951, Is. XII, pp. 78–108. (in Russ.) Sevortyan E. V. Etimologicheskii slovar tyurkskikh yazykov [Etymological dictionary of Turkic languages]. Moscow, Nauka Publ., 1974, Vol. 1, 767 p. (in Russ.) Sukhbaatar G. Syanbi [Xianbi]. Ulaanbaatar, 1971, 217 p. (in Mongol.) Khangalov M. N. Sobranie sochinenii [Collected edition]. Ulan-Ude, Buryat book publishing house, 1958, Vol. 1, 551 p. (in Russ.) Tsydendambaev Ts. B. Buryatskie istoricheskie khroniki i rodoslovnye [Buryat his- torical Chronicles and Genealogies]. Ulan-Ude, Buryat book publishing house, 1972, 662 p. (in Russ.) Tsevel Ya. Mongol khelnii tovch tailbar tol [Etimologicheskii slovar mongolskogo yazyka] [Etymological dictionary of the Mongolian language]. Ulaanbaatar, 1966, 912 p. (in Mongol.) Cheremisov K. M. Buryaad - orod toli. Buryatsko-russkii slovar [Buryaad - orod toli. Buryat-Russian dictionary]. Moscow, 1973, 804 p. (in Buryat, in Russ.)
Нанзатов Баир Зориктоевич Nanzatov Bair Zoriktoevich кандидат исторических наук, Candidate of Sciences (History), старший научный сотрудник, отдел Senior Researcher, Department of History, истории, этнологии и социологии Ethnology and Sociology Институт монголоведения, буддологии Institute for Mongolian, Buddhist and Tibetan и тибетологии СО РАН Studies of SB RAS 670047, Россия, г. Улан-Удэ, 6, Sakhyanova st., Ulan-Ude, Russia, 670047 ул. Сахъяновой, 6 e-mail: nanzatov@yandex.ru e-mail: nanzatov@yandex.ru
Известия Иркутского государственного университета. 2016 Т. 16. Серия «Геоархеология. Этнология. Антропология». С. 103–124